• Вкус пепла

    Я прилетел на Камчатку 28 ноября. Прилетел, потому что за сутки до этого на полуострове началось извержение вулкана Плоский Толбачик. Мысль о том, что я нахожусь в каких-то шестистах километрах от потрясающего природного катаклизма, не давала мне покоя, и я искал любые способы приблизиться к вулкану: звонил по всем инстанциям, просил о помощи. Бесполезно. Расстояние в шестьсот километров оказалось для меня непреодолимой преградой. С этого момента любые кадры с извержения, любые свидетельства очевидцев я воспринимал не иначе как личное оскорбление. Но делать нечего – оставалось только смотреть и слушать...

    Толбачик – вулканический массив на востоке Камчатки (Ключевская группа вулканов). На расстояниях в 50-70 км от подножия вулкана находятся пять небольших населенных пунктов. Петропавловск-Камчатский отделяют от Толбачика 343 км. Наибольшее число извержений вулкана пришлось на 18 и 20 столетия. Всего известно порядка десяти извержений Толбачика (за историческое время).

    Сюрприз для вулканологов

    – Этого никто не ожидал. По всем прогнозам, извержение должно было начаться намного позже. Примерно за месяц до него мы регистрировали отдельные землетрясения, но они были редкие, и никто не придал им особого значения. А в ночь с 26 на 27 ноября пошел мощный цикл землетрясений. Сперва мы думали, что это «проснулись» Ключевская сопка или вулкан Безымянный, но уже на следующий день стало ясно – это Толбачик, – рассказывал мне известный камчатский вулканолог Юрий Демянчук.

    Извержение вулкана Толбачик

    Кстати, прошлой осенью известность Демянчука резко выросла. Ведь о том, что у нас в стране есть камчатские вулканологи, пресса чаще всего вспоминает в дни крупных извержений, а тут такое событие…

    Последний раз о вулкане Толбачик много говорили и писали в середине 1970-х, извержение тогда наделало немало шума (и в прямом, и в переносном смысле). А запечатлеть вулкан во всей красе посчастливилось знаменитому советскому фотографу Вадиму Гиппенрейтеру. В наши технически продвинутые дни вовсе не фотографы, а ученый Юрий Демянчук стал одним из первых «поставщиков» снимков проснувшегося вулкана — уже 29 ноября Юрий Владимирович в составе группы ученых совершил первый облет Толбачика. И только после этого стало понятно, что из себя представляет извержение, которое играючи перепахало весь Толбачинский дол. 

    Склоны Толбачика прорезали двемногокилометровые трещины на высоте 1700 и 1900 метров. Лавовые потоки из разломов двигались со скоростью 300 метров в час. Они подожгли лес и почти сразу уничтожили полевые базы вулканологов Водопадную и Ленинградскую. «Толбачик как будто целился», — невесело усмехались ученые. Пару месяцев спустя поток лавы изменил направление. На этот раз в сторону базы на реке Толуд. До домиков ученых лава не дошла, но все решили: вулкан показывает, кто тут хозяин.

    В поселке Майское, находящемся в 60 километрах от центра извержения, мне рассказывали, что в первые дни, когда лава рвала землю, стремясь выйти наружу, в поселке слышался неимоверный грохот и в домах дребезжали стекла. Рыбаки вспоминали, что от ударной волны из лунок на реке выпрыгивала вода. Плюс ко всему поселок накрыло пеплом. Со стороны картина вырисовывалась чуть ли не апокалипсическая, но люди, привыкшие «жить на вулка-не», не паниковали и говорили, что по сравнению с катаклизмом сорокалетней давности нынешнее извержение считают «слабеньким».

    Извержение вулкана Толбачик

    – В 1975-м мне лет девять было... Мы тогда от этого вулкана бежали со всех ног. Оленей гнали. А они наедятся снега с пеплом, начинают пухнуть и падают мертвые, раздутые. Так тысячу оленей потеряли. Потом вертолетами стали срочно детей вывозить, и меня тоже вывезли, – объяснял мне разницу между прошлым и нынешним извержениями эвен-оленевод Николай.

    – А теперь? Даже зарева толком не видно.

    Интересно, что немного позже на Камчатке «проснулись» вулканы Шивелуч, Кизимен и Карымский (у всех — «оранжевый» код авиаопасности). Но это прошло почти незамеченным. Почему? Все просто: извержение Толбачика случилось всего за месяц до запланированного Конца Света, и материковые СМИ с упоением представляли его как пролог грядущей Всемирной катастрофы.

    Камчатские вулканологи в близкий Конец Света не верят, и у них к проснувшемуся вулкану свое отношение. Юрий Демянчук, например, извержение Толбачика иначе как новогодним подарком не называет:

    – Это же страшно интересно! Извержение уникальное в мировых масштабах. Его можно сравнивать только с Большим трещинным толбачинским извержением 1975 года. Но на этот раз вулкан ведет себя совсем иначе: выбрасывает мало пепла, зато изливает очень много лавы. Извержение Ключевской сопки 2010 года было сильнее, но происходило на недоступной высоте. А здесь всё происходит ниже 2000 метров и доступно для изучения.

    Я сам ночевал рядом с лавовым потоком. Правда, уже через несколько дней место моей стоянки залило лавой… 

    Восторг ученых понять легко: для того чтобы подняться на Карымский, Шивелуч или Кизимен, надо быть серьезным альпинистом. А взойти на Толбачик способен и не очень подготовленный человек. 

    Этот же не очень подготовленный человек, но в теплозащитном костюме может подойти к огненной реке и зачерпнуть образец раскаленной лавы. Научный образец, что называется, с пылу с жару…

    Уикенд у кратера

    Доступность вулкана порадовала не только ученых, но и разного рода искателей приключений. Десятки экстремалов на «прокачанных» внедорожниках и снегоходах тут же устремились в сторону Толбачика в поисках острых ощущений и редких фотографий.

    Палатка на фоне извержения вулкана Толбачик

    Камчатское отделение МЧС, не имея полномочий останавливать такие группы, выставило везде посты с предписанием хотя бы предупреждать: «Ты туда не ходи, огненный булыжник в башка попадет — совсем мертвый будешь». 

    Но группы все равно шли. И очень скоро толбачинское извержение стало обрастать будоражащими кровь подробностями. Одни хвастались, что пробрались прямо к жерлу и пожарили на лавесосиски, другие рассказывали, как подступающая лава сожгла их джип.

    В числе первых разведчиков был и Евгений Костюков. Впрочем, к Толбачику он пробирался не из чистого любопытства: Костюков профессионально занимается организацией экстремальных экспедиций, так что поездку вполне можно было считать рабочей. Евгений говорил, что картина извержения Толбачика пораз-ила его еще на подступах к вулкану.

    – Проехали мы по дороге из Козыревска и уткнулись в стену лавы метров десять высотой. Я вообще офигел! Стоит перед тобой стена с трехэтажный дом и вся переливается. А сверху, с этой стены, огненные булыжники падают — настоящие огненные метеоры, как в кино!

    Упершись в стену, Евгений Костюков сделал для себя простой вывод: если стену нельзя объехать, ее нужно перелететь. В конце декабря один из коллег Евгения позвонил мне в Москву и коротко сказал: «Собирайся. Мы вылетаем на Толбачик». 

    И первого января, когда страна только приходила в себя после новогодней ночи, я был уже в аэропорту — ждал посадки на самолет до Петропавловска-Камчатского.

    Человек тут – песчинка

    Вертолетные экскурсии на Толбачик стали немедленным ответом камчатского турбизнеса на интерес к вулкану, мощно подогреваемый СМИ и блогосферой. Уже через пару недель после начала извержения в Интернете можно было без труда найти предложения слетать на Толбачик.

    Правда, это еще не значило, что успех гарантирован. Главная проблема —непредсказуемыеметеоусловия. Некоторые группы ждали летной погоды по несколько дней. А некоторые из них так и не дожидались.

    К нам камчатская погода была более благосклонна, и вот уже наш вертолет медленно кружит над вулканом. Внутри МИ-8 становится все жарче, страсти и так накалены до предела: у иллюминаторов настоящая давка, люди теснят друг друга, чтобы хоть как-то протиснуть фотоаппарат и сделать «главный кадр своей жизни».

    Пилот подставляет вулкану то один борт машины, то другой... делает еще круг, и вертолет садится на присыпанный пеплом снег. «Притолбачились!» — радостно орут пассажиры, выскакивают наружу и начинают фотографироваться на фоне далекого извержения. И вся эта фотосессия проходит под звуки вулканической канонады.

    Туристы, с которыми мы только что сражались за место у иллюминатора, деловито носятся с фотокамерами, стараясь запечатлеть все-все-все за отведенные на стоянку полчаса. А мы тем временем спокойно и методично выгружаем из вертолета рюкзаки, контейнеры и весь остальной груз. Спешить некуда, потому что нашей небольшой группе предстоит встать лагерем у Толбачика и отснять извержение вулкана во всех мельчайших подробностях.

    Снег вокруг серый от выпавшего пепла, грохот не утихает. Кстати, вулканический пепел, оказывается, не какая-то эфемерная субстанция, а твердая волокнистая крошка. Порывистый ветер бросает пепел в лицо, сыплет его за шиворот и в карманы. Не спасают ни высоко поднятый воротник, ни горнолыжные очки — мелкие острые песчинки забиваются во все щели.

    Ближе к вулкану — новое препятствие: река остывшей лавы. Камни предательски уходят из-под ног, ломаются и продирают ботинки острыми как бритва краями. Но выбора нет. Ровные на вид склоны сыпучего шлака ничуть не лучше. Подъем по ним – сплошное мучение: ноги вязнут в мелком крошеве, после каждого шага сползаешь опять вниз.

    А когда выбираешься на гребень и думаешь, что все позади, то тут же проваливаешься по колено в шлак. Ноги сразу же обволакивает тепло,но пассажиры этого не замечают – их даже жар. Выбираешься из вязкой крошки на ближайший камень и видишь, как дымятся твои ботинки. Что там, под слоем шлака, никому не известно.

    Камчатка. Фото Антона Агаркова

    Но все это стоит вытерпеть ради того, чтобы подойти поближе к Толбачику. Как можно ближе… Примерно в сотне метров от жерла вулкана чувствуем нестерпимый жар и удушающий запах серы. Пейзаж похож на снимки с Марса. В кратере набухают и лопаются огромные пузыри лавы, разбрызгивая вокруг обломки спекшегося шлака и булыжники — каменные бомбы. Все это сопровождается оглушительным грохотом, а по газовому шлейфу, поднимающемуся из кратера, проносится взрывная волна.

    Оценить размеры лавовых «бульков» невозможно, потому что глазомер здесь напрочь отключается. Точно знаешь только одно: человек рядом с Толбачиком – микроскопическая песчинка. Ничто: ни передовые технологии, ни человеческая отвага – не смогут остановить извержение вулкана. Нет такой силы, чтобы его остановить. Только самой природе удалось мало-мальски снизить катастрофические последствия извержения: если бы не зима, то вся тайга уже давно бы полыхала пожаром.

    Ночные фейерверки

    К вечеру ветер усилился, и вспышки в кратере словно этому обрадовались — стали чаще и громче. Чтобы увидеть больше, нужно подняться наскальный гребень — опять ползти по крутому склону, цепляться за камни, отплевываться от вездесущего пепла, который ветер с удвоенной силой сыплет в лицо. Но именно под вечер и начинается самое интересное. Лучи уходящего солнца подсвечивают багрянцем испарения над кратером, придавая пейзажу какой-то немыслимый, потусторонний вид.

    А когда дневной свет угасает, начинает светиться лава. То, что еще час назад казалось сплошным полем серого шлака, превращается в поблескивающую огнями извилистую лавовую реку. Детали постепенно проваливаются в темноту, и уже невозможно оторвать глаз от раскаленного конуса вулкана и фейерверка искр, вырывающихся из его жерла. Этой подсветки вполне достаточно, чтобы возвратиться в лагерь без фонариков.

    Ночевка в палатке при двадцатипятиградусном морозе — само по себе еще то приключение. Но справиться с холодом помогают горячий чай, теплый спальник и газовый обогрева-тель. А вот привыкнуть к громовым раскатам вулкана сразу не получается. Грохот такой, что просыпаешься чуть ли не каждый час, вздрагивая, как при артобстреле, а от ударной волны вздымается полог палатки.

    Отключаясь, из последних сил убеждаешь себя, что вулкан все-таки далеко, каменные «бомбы» до палатки не долетят, лавовая река пока течет в другом направлении… И снова проваливаешься в беспокойный сон.

    А на следующий день у нашего лагеря сел вертолет. Оказывается, метеорологи пообещали резкое ухудшение погоды и нашей группе надо срочно возвращаться назад. Все, конечно, жутко расстроились, но ничего не поделаешь: на Камчатке такими вещами не шутят.

    Мы уныло погрузились в МИ-8, взлетели и еще долго потом провожали взглядом удаляющийся вулкан. Но Толбачику наши мелкие переживания были глубоко безразличны – его собственная жизнь в очередной раз дала трещину.

    Как утверждают ученые, именно активность вулканов в далеком прошлом повлияла на изменение климата нашей планеты и полностью ее преобразила. Вулканологи, исследовав все «горячие точки», пришли к выводу, что глобальные извержения происходили каждые 10 миллионов лет. 

    Последний такой мощный всплеск вулканической активности случился еще задолго до появления человека. Однако и в нашей, сравнительно недолгой, истории есть немало примеров разбушевавшихся вулканов. Например, извержение вулкана Везувия полностью уничтожило римский город Помпеи. А грохот индонезийского вулкана Кракатау был слышен на 8% территории всего земного шара.

    В случае извержения даже самого обычного вулкана огромный выброс пепла способен привести к серьезным климатическим последствиям, и если люди не ощущают разницу в 2-3 градуса, то природа на это немедленно реагирует. Хорошо известно, что извержение перуанского вулкана Хуаинапутина вызвало неурожаи, которые длились три сезона, а взрыв индонезийского вулкана Тамбора вызвал «год без лета» в Европе и Америке.

    Сейчас в мире насчитывается более 60 действующих вулканов, но наиболее опасны не они, а спящие супервулканы, о которых заговорили в 2005 году. Супервулканы – это «бомбы замедленного действия». В них магма не выходит наружу, а накапливается, и, в результате, давление внутри вулкана постоянно растет. Как только давление достигает критической точки,происходит мощнейший взрыв, который превышает обычный вулканический взрыв в тысячи раз. Единственный супервулкан, который находится в России, называется Карымшина и располагается на Камчатке.

    Интересны другие статьи выпуска «Человек на фоне неба»?
    Содержание, анонсы, подписка на номер доступны в разделе «Купить журнал»

    Перейти в каталог